Menu
22.06.2015 Любомила 4 комментариев

У нас вы можете скачать книгу Введение в Новый Завет Иоаннис Каравидопулос в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

В начале XIX века новоучрежденное Британское библейское общество , с согласия Вселенской Патриархии , приступило к переизданию исправленного перевода иеромонаха Максима. Кораис впоследствии и сам перевел Пастырские послания, которые были изданы в и годах, незадолго до его смерти То же самое Библейское общество в году выпустило в свет новогреческий перевод синайского монаха Иллариона впоследствии митрополита Тырновского.

История этого перевода весьма запутанна. Неофит прежде был преподавателем в Ионической академии, а после профессором философии в Афинском университете.

В году был опубликован перевод Евангелий и Деяний, а в м весь Новый Завет. Наиболее острый и драматичный момент в истории новогреческого перевода Нового Завета выпадает на начало XX века, когда вышли в свет два перевода.

Прямым следствием этих событий стало смещение митрополита Афинского Прокопия, отставка правительства Феотокиса и окончательный запрет со стороны Церкви любых переводов на новогреческий. В году вышло второе исправленное издание этого перевода, которое фототипическим образом воспроизведено в году. В новой редакции Конституции это место выглядело следующим образом: Несмотря на эти трагические события, попытки перевода Писания на новогреческий продолжились, поскольку они отвечали глубинным чаяниям церковной полноты.

Изменилась только внешняя форма этих трудов: В заключение этого обзора перечислим наиболее важные послевоенные 1 парафразы и переводы на новогреческий. Это два наиболее известных парафраза, широко распространившихся среди греческого народа благодаря издательской деятельности. Впервые издан Библейским обществом в году и переиздается постоянно до настоящего времени.

Издание года Греческого библейского общества; и 2-е изд. Это второе издание получило благословение Вселенского патриарха, патриархов Александрийского и Иерусалимского, а также Синода Элладской Православной Церкви. Еше одним важным источником для изучения истории текста Нового Завета кроме греческих рукописей и переводов являются творения отцов Церкви.

Эти творения изобилуют прямыми цитатами и косвенными ссылками на текст Нового Завета. По характерному замечанию текстолога библеиста Б. Изучение святоотеческих цитат очень полезно для воссоздания истории текста Нового Завета. Особенно в плане сопоставления этих цитат с известными типами новозаветного текста о которых мы еще скажем подробно для определения формы текста в различных странах в разные эпохи.

Но в то же время это задача чрезвычайно сложная и деликатная, потому что в некоторых случаях, и особенно в коротких цитатах, отцы цитируют Священное Писание по памяти. А также потому, что позднейшие переписчики, как правило, исправляют библейские цитаты в отеческих творениях по известному современному им священному тексту. Поэтому изучение святоотеческих цитат требует огромных затрат времени, соединения усилий многих ученых и координации исследований в рамках специального института или исследовательского центра.

Подобный центр вот уже много лет действует в Страсбургском университете. До настоящего времени уже изданы шесть томов, от ранних отцов до святителя Амвросия Медиоланского , в которых приводятся соответствующие места не весь текст из отеческих писаний и содержащиеся в них новозаветные цитаты.

Результаты его исследований собраны в специальной компьютерной программе. В этой работе митрополит Хризостом исследует текст Евангелия от Матфея по цитатам у святителя Климента Александрийского: После изобретения Иоанном Гуттенбергом книгопечатания середина XV в. Отдельные отрывки из Нового Завета на греческом языке печатались уже с конца XV века: Первым, кто позаботился об издании греческого оригинала новозаветного текста, стал испанский кардинал, архиепископ Толедский Франциско Хименес де Киснерос Francisco Ximenes de Cisneros, В сотрудничестве с другими учеными среди которых был и Димитрий Дукас, грек с острова Крит архиепископ Хименес начал в году работу по изданию Ветхого и Нового Завета, так называемой Комплютенской Полиглотты В колофоне этого том; указана дата выхода: В шестой том вошли еврейский словарь и грамматика еврейского языка Остальные четыре тома включили в себя Ветхий Завет четвертый том датирован 10 июля г.

Кроме того, в Пятикнижии внизу страницы был напечатан арамейский таргум Онкелоса и его перевод на латинский язык. Второканонические ветхозаветные книги напечатаны в две колонки: И Третья Маккавейская представлена только текстом Септуагинты с его латинским переводом. Официальное разрешение на издание этого труда было получено от папы Льва X только в году точнее 22 марта г. Неизвестно, какие именно древние рукописи стоят за греческим текстом Нового Завета в Комплютенской Полиглотте. Но в тексте этом примечается следующая особенность: Многоязычная Комплютенская Библия могла стать первым полным изданием греческого новозаветного текста.

Но в книжные магазины первым попало издание Эразма Роттердамского. История эта произошла следующим образом. Швейцарский издатель Иоганн Фробениус Johann Frobenius , узнав о готовящемся издании испанского кардинала Хименеса, поспешил заключить договор с известным голландским гуманистом Эразмом об издании греческого Нового Завета с латинским переводом.

Типографские работы были закончены в рекордно короткие сроки, всего за шесть месяцев, и в году Новый Завет поступил в продажу — с огромным количеством опечаток и без должной сверки с древними рукописями. Эразм использовал всего шесть или семь рукописей, но ни в одной из них не было полного текста Нового Завета.

Большая часть текста была напечатана по двум рукописям XII века. Апокалипсис был представлен всего одной рукописью, в которой не хватало шести последних стихов: Эразм сам перевел их с Вульгаты.

Таким образом, в тексте Апокалипсиса оказались строки, которые не имеют свидетельства ни в одной рукописи и которые были увековечены благодаря Textus Receptus см. Колофон Эразмовского издания заканчивается фразой: Издание Эразма Роттердамского вызвало многочисленные критические отзывы, причиной чему был, возможно, текст латинского перевода, сделанный самим Эразмом и во многом отличающийся от привычной Вульгаты. Возможно также, что неприязнь была вызвана отсутствием так называемого Comma lohanneum 1Ин.

Но при всей критике тираж эразмовского Нового Завета был раскуплен, и последовало второе издание , с которого Лютер сделал перевод на немецкий язык За третьим изданием последовало четвертое , в котором текст располагался в три столбца: В текст этого четвертого издания Эразм внес многочисленные исправления из Комплютенской Библии, которая к тому времени уже находилась в обращении и по качеству подготовки текста была намного лучше эразмовской.

Пятое, и последнее, издание Эразма, на этот раз уже без текста Вульгаты, вышло в свет в году. На первых двух изданиях греческого Нового Завета мы остановились несколько подробнее, поскольку параллельное изложение их истории представляет немалый интерес. Все последующие издания, о которых здесь будет рассказано лишь вкратце, основывались главным образом на эразмовском тексте. По тексту Эразма было сделано и первое издание полной греческой Библии, Ветхого и Нового Завета, выпущенное в году венецианским издателем Альдом Мануцием.

Из четырех изданий парижского печатника Роберта Стефана, вышедших в годах, наиболее важно третье , так называемое Editio Regia, на внутренних полях которого были помещены примечания с указанием разночтений по 15 древним рукописям среди которых и кодекс Безы и по Комплютенской Полиглотте. Это первое в истории издание, снабженное критическим аппаратом. Также стоит упомянуть о четвертом издании Роберта Стефана, вышедшем в Женеве в году, где впервые было применено разделение текста на стихи, принятое теперь во всех изданиях Нового Завета.

Феодор Беза с по год выпустил в Женеве девять изданий Нового Завета, и е издание увидело свет в году уже после его смерти. Печатники братья Эльзевир также опубликовали в Голландии семь изданий с по год. Второе издание братьев Эльзевир было снабжено прологом, где между прочим говорилось: От этой фразы произошел сам термин Textus Receptus, которым стали обозначать новозаветный текст, ставший образцовым на протяжении двух столетий после издания братьев Эльзевир.

С этого текста до года были сделаны переводы на основные европейские языки, на его основе Библейские общества готовили переводы на различные языки мира, поскольку именно этот текст считался верным и безукоризненным. Во второй половине XVII века увидели свет ряд изданий, отличительной особенностью которых было наличие обширных примечаний с указанием большого числа разночтений, подобно третьему изданию Роберта Стефана, но с гораздо большим размахом.

Важнейшие из этих изданий следующие: В одном из черновых листов будущего издания Бентли дал образец своего исследовательского метода: Бентли удалось собрать по подписке значительную сумму с будущих покупателей, но издание так и не осуществилось, и после его смерти деньги вернулись к подписчикам. Bengel, издание Нового Завета г. Wettstein, издание Нового Завета — и Грисбаха J. Griesbach, издание Нового Завета , которые подвергли сомнению многие чтения в общепринятом тексте.

Многие принципы текстуальной критики, которые сохраняют свою актуальность до настоящего времени, были сформулированы именно этими тремя учеными. Бенгель, например, установил принцип, согласно которому более трудное для понимания чтение считается более древним и ему отдается предпочтение.

Веттштейн в критическом аппарате своего издания впервые стал обозначать унциальные рукописи буквами латинского алфавита, а минускульные — арабскими цифрами. Грисбах сформулировал 15 принципов текстуальной критики и привлек внимание исследователей к цитатам из Нового Завета у отцов Церкви. Причины, побудившие отойти от общепринятого текста, следует искать, во-первых, в духе эпохи Просвещения, когда все усилия обратились на восстановление изначального, более авторитетного с точки зрения истории текста.

Во-вторых, доверие к Textus Receptus было поколеблено открытием и публикацией важных унциальных кодексов и других греческих рукописей, которые стали известны с XIX века.

Кроме того, стремительное развитие текстуальной критики в области классической филологии греческой и латинской не могло пройти бесследно и для библейской текстологии.

В году он издал в Берлине греческий текст Нового Завета с приложением к нему отдельного списка всех разночтений с Textus Receptus. Затем Константин Тишендорф К. Tischendorf предпринял целый ряд путешествий по библиотекам Европы и Ближнего Востока.

Ему удалось обнаружить многие древние рукописи Нового Завета и издать некоторые из них, прочитать стертый текст палимпсеста кодекса Ефрема С. Плодом исследовательской деятельности Тишендорфа стали многочисленные издания критического текста Нового Завета, важнейшим из которых является восьмое Editio octava critica major.

Этот кодекс с года хранился в Лондоне, в библиотеке Британского Библейского общества, и не так давно вместе со всей этой библиотекой был передан в университетскую библиотеку Кембриджа. Два англичанина, профессора Кембриджского университета Весткот B. Westcott, ставший затем епископом в Дареме и Хорт F.

Hort , в результате 30 лет совместной работы осуществили ставшее затем классическим издание Нового Завета: Во втором томе, который служит введением к новозаветному тексту, Хорт, подводя итог совместным исследованиям, разделяет рукописи на четыре типа текста: Weymouth и Бернарда Вайса В.

Последнее основывается главным образом на тексте Ватиканского кодекса. В начале XX века наиболее грандиозным стало четырехтомное издание Германа фон Зодена Hermann von Soden , взявшего за основу своего исследования византийский текст Нового Завета. В новозаветных рукописях фон Зоден выделил три основных типа текста, которые восходят к трем редакциям первых веков христианства: Первый тип текста фон Зоден назвал общим, второй исихиевским или египетским, и третий тип текста иерусалимским.

Стоит упомянуть также трехтомное издание Грегори R. В изданиях Александра Саутера A. Souter, издание Нового Завета , 2 и Таскера R. Tasker, издание Нового Завета дается очередное исправление Textus Receptus, легшее в основу новой английской версии и в значительной степени совпадающее с текстом Весткота и Хорта года.

Необходимо упомянуть об изданиях трех католических библе-истов, Генриха Фогельса H. Bover, издание Нового Завета , 4 , которые вслед за фон Зоденом придерживаются византийского, или церковного, типа текста.

Следует отметить также две большие программы новозаветных текстологических исследований, которые в настоящее время еще не принесли всех обещанных плодов. Это International Greek New Testament Project, где задействованы английские и американские библеисты, и Novi Testamenti editio critica major, организованная Институтом текстологии Нового Завета в Мюнстере.

В рамках первой программы до настоящего времени издан обстоятельный обзор разночтений новозаветных рукописей трех синоптических Евангелий. Вторая, мюнстерская программа выпустила на настоящий момент все разночтения новозаветных рукописей по Соборным посланиям Перечень изданий XX века можно завершить упоминанием об Эберхарде Нестле Eberhard Nestle , который на основе публикаций Тишендорфа, Весткота Хорта и Бернарда Вайса осуществил ставшее самым популярным в наше время издание Нового Завета с года и далее.

С года в свет выходит е издание, которое обычно называют Nestle-Aland, принятое для изучения Нового Завета в университетах по всему миру. Издание Nestle с года использовалось. Британским библейским обществом в качестве основы для переводов Нового Завета на другие языки вместо принятого до того времени Textus Receptus. В настоящее время Объединенные библейские общества United Bible Societies приняли за основу для переводов критический текст, первое издание которого вышло в году The Greek New Testament и который весьма незначительно отличается от текста Nestle-Aland.

Работа по сбору разночтений из этих византийских рукописей была проведена автором настоящего Введения как члена международного издательского комитета, включающего кроме него Барбару и Курта Аланд, Карло Мантини и Брюса Мецгера. Это гораздо меньше в количественном отношении, чем в издании Nestle-Aland, но все приведенные разночтения имеют следующие две особенности: Естественно, что речь может идти только о прямых цитатах у отцов, потому что аллюзии на библейские повествования, парафразы, гармонизации синоптических отрывков и цитирование по памяти не могут приниматься в качестве таких свидетелей.

Согласно этому критерию, учитываются свидетельства о тексте в том числе и о разночтениях Нового Завета у церковных авторов и отцов, но не позже половины V века, поскольку для воссоздания древней формы текста наибольшую ценность имеют цитаты этих первых веков.

Отцы, жившие после V века, цитируют, как правило, византийскую форму текста, которая и без того хорошо известна из огромного числа сохранившихся рукописей. Достаточно часто издатели приводят ссылки и по преподобному Иоанну Дамаскину , благодаря его огромному значению для всей Православной Церкви.

Впрочем, следует оговориться, что этот текст является лишь сводом из всех рукописей вернее, всех бывших в распоряжении издателей , но в таком виде он никогда не существовал в истории Церкви и никогда не использовался за богослужением, в отличие от византийской литургической формы текста, которая является богослужебным текстом Церкви и об издании которой пойдет речь далее.

В Православной Церкви текст Нового Завета хранился и изучался с особенным благоговением, о чем свидетельствуют многочисленные рукописи искусного письма с высокохудожественными украшениями, хранящиеся в монастырях и библиотеках. Первые издания печатного текста вышли, как уже замечено, на Западе и оттуда были завезены на Восток. И вот среди известных неблагоприятных условий эпохи турецкого владычества сложилась такая ситуация, когда в обращении одновременно находилось большое число рукописей богослужебных Евангелия и Апостола, а также различных новых печатных изданий, но не было единого текста, принятого во всех церквах.

В связи с этим Вселенская Патриархия образовала в году комиссию, куда вошли митрополиты Сардийский Михаил и Ставропольский 22 Апостолос, а также профессор Халкинской богословской школы Василий Антониадис.

Задача была весьма деликатной и сложной по причине множества имеющихся рукописей, содержащих либо последовательный текст, либо церковные зачала из Нового Завета, а также из-за огромного количества встречающихся в них разночтений.

В предисловии к своему изданию комиссия упоминает рукописей богослужебных Евангелия и Апостола, 45 из которых Антониадис изучил лично в Константинополе и на Афоне, а остальные использовал при подготовке текста по коллациям, предоставленным его сотрудниками в Афинах и в Иерусалиме.

В этих рукописях представлен текст Нового Завета, который читался в церквах с IX по XVI век, то есть на протяжении почти восьми веков, хотя большая часть отобранных рукописей относится к периоду с X по XIV век.

Патриархийное издание греческого текста увидело свет в году 2-е издание г. Предложение английского библеиста Лейка Lake К. The Text of the N. Причины этому могли быть следующие: В любом случае издание года остается до настоящего времени наиболее серьезным опытом критического издания греческого текста Нового Завета в Православной Церкви.

При этом вполне оправдано пожелание, которое высказывалось уже неоднократно и с самых разных сторон, о подготовке нового критического издания, которое учитывало бы всю совокупность известных нам греческих рукописей. Сам Антониадис в предисловии к своему изданию называет его лишь первой попыткой подобного издания и признает его недостатки. В наши дни о необходимости критического издания византийского текста Нового Завета снова и снова говорится со стороны международного научного сообщества.

Следует заметить, что в университете Бирмингема в рамках деятельности Центра издания религиозных текстов который недавно был переименован в Институт изучения текста и электронных изданий уже готовится критическое издание текста Евангелия от Иоанна, в критический аппарат которого будут включены разночтения 70 византийских рукописей, а также добавлены чтения, предложенные в патриархийном издании года и в м издании Nestle-Aland.

Издание в печатном и электронном виде должно выйти в году на средства Объединенных библейских обществ при участии одного православного ученого библеиста. Издательская программа будет продолжена и для других книг Нового Завета, если заслужит одобрение со стороны Православной Церкви, которая может либо оказать материальную поддержку, либо вовсе принять на себя инициативу по дальнейшему продолжению этого труда. Если издания последовательного текста Нового Завета отвечали научным интересам своей эпохи или предназначались для частного использования их верующими, то издания богослужебных чтений имели в виду практические нужды церквей, где богослужебные книги были рукописными, их часто недоставало, и те, что имелись, нередко были трудночитаемы от долговременного употребления.

В этом же XVI веке одно за другим выходят в Венеции еще около десяти изданий богослужебного Евангелия и шесть изданий Апостола. Неизвестно, был ли Эммануил Глизоний первым составителем евангелистария, следует только заметить, что сам этот термин с течением времени закрепился не только за таблицей евангельских зачал, но и за всей книгой с текстом евангельских богослужебных чтений.

Разногласия в отдельных местах между текстом богослужебных чтений и текстом патриархийного издания года, а также между различными богослужебными изданиями безусловно наводят на мысль о необходимости их согласования. Конечно, подобная критическая работа над текстом имела место и в ранние века. Речь идет о трех так называемых редакциях текста, которые были проведены независимо одна от другой около года по Рождестве Христовом в Антиохии, Александрии и Палестине.

Первую приписывают пресвитеру и мученику Лукиану, вторую — епископу Исихию Египетскому и третью — епископу Евсевию Памфилу. Впрочем, следует заметить, что в современной науке нет единого мнения относительно действительности существования этих трех редакций.

С большей уверенностью можно говорить о редакции антиохийской или лукиановской. В любом случае обилие разночтений в рукописях не могло не беспокоить священноначалие и богословов, и поэтому серьезный пересмотр текста с целью его восстановления был неизбежен. В процессе переписывания текста в многочисленных рукописях, унциальных и минускульных, на греческом и других языках, возникли различные ошибки, объясняемые либо небрежностью переписчика, либо намеренным исправлением текста.

Не следует удивляться тому, что Промысл Божий допустил возникновение ошибок. Ибо с того самого момента, когда слово Божие вошло в человеческую историю, нимало не потеряв при этом своих свойств как слова Божия, оно восприняло в своих внешних формах законы существования произведения человеческого. Так, например, если две строчки в тексте заканчиваются одним словом, вполне возможно при переписывании — особенно если внимание писца притупилось из-за усталости — пропустить вторую строку.

Намеренное исправление текста замечается в местах неудобопонятных, которые переписчик старается улучшить добавлением или опущением слов либо согласованием их с параллельными местами. Последнее является самым обычным делом для синоптических Евангелий.

И сам Ориген, видя многочисленные разночтения в рукописях, замечает: Иной раз переписчики или правщики, не соглашаясь с каким-нибудь сделанным до них исправлением, невольно выражают свое возмущение на полях рукописи. Так, например, один из правщиков Ватиканского кодекса в Послании евреям напротив 1, 3: Наличие множества разночтений в рукописных текстах побудило исследователей в середине XVIII века классифицировать рукописи на группы по виду содержащегося в них текста.

Бенгель был первым, кто разделил различные рукописи на группы или семьи. Вслед за ним Грисбах выделил три группы рукописей: Важным моментом в истории изучения новозаветного текста стали выводы двух английских ученых, друзей, профессоров в Кембридже Весткота и Хорта. В результате 30 лет совместных исследований рукописей Нового Завета Весткот и Хорт в году опубликовали двухтомник, первый том которого содержал текст Нового Завета, а во втором написанном Хортом, но заключающем в себе выводы обоих ученых было помещено Введение к новозаветному тексту.

Признавая себя продолжателями теории Грисбаха, эти два английских текстолога разделили новозаветные рукописи на четыре группы, каждая из которых представляет особый тип текста. Эти четыре типа текста следующие:. Средний intermediate тип текста — так Весткот и Хорт назвали текст, который содержится в двух древних кодексах, Ватиканском и Синайском, преимущественно в первом.

Этот тип текста они посчитали наиболее чистым и древним, почему и в своем издании придерживались именно его. Уверенность в своей правоте отразилась даже в заголовке их издания: Александрийский тип текста произошел от среднего в результате филологической правкй, произведенной образованными александрийскими переписчиками.

Представителями этого типа являются кодекс Ефрема С , королевский кодекс L , коптский бохейрский перевод и текст, которым пользовались александрийские богословы святитель Климент, Ориген частично , святитель Дионисий, Дидим и святитель Кирилл. Западный текст был в употреблении у церковных авторов с конца III века, главным образом у Татиана, святителя Иринея Лионского , Тертуллиана и святителя Киприана Карфагенского.

Он представлен также в кодексе Безы D и в древних латинских и сирийских переводах. Этот тип текста отличается пространными и важными исправлениями, которые были сделаны в первые века, по всей видимости, в Сирийской Церкви, оттуда попали в первые сирийские и латинские переводы и затем были перенесены на Запад.

Сирийский или антиохийский тип текста известен нам из сочинений святителя Иоанна Златоуста , через него он распространился по всей римской империи. Этот текст появился в результате тщательной редакции, целью которой было сведение к единообразию различных вариантов рукописных чтений и упрощение сложных для понимания мест.

Для большей связности в текст были вставлены различные союзы, местоимения заменены для устранения неясности именами Божиими, редкие грамматические обороты уступили место более употребительным.

Эта редакция была проведена в IV веке по всей видимости пресвитером Лукианом, и исправленный текст быстро распространился по всей Римской империи. Последний тип текста Весткот и Хорт считают непригодным для восстановления первоначального текста Нового Завета из-за его позднего происхождения. Не слишком ценным английские исследователи сочли и западный текст, за одним исключением: Текст этих отрывков они назвали Western non-interpolations то есть подлинные, не добавленные позже западные чтения , считая их более древними.

Но в целом наиболее древним и чистым они считали, как сказано выше, средний текст и на его основе подготовили свое издание года. В настоящее время эта классификация типов текста, предложенная более лет назад Весткотом и Хортом, несколько видоизменилась в результате исследовательской работы новых поколений текстологов.

Исследования в этом направлении, конечно, еще продолжаются, но большинство ученых признают сейчас существование следующих четырех типов новозаветного текста.

Родиной этого текста является Египет, он засвидетельствован в большинстве папирусов, в Ватиканском и Синайском унциальных кодексах, в сочинениях александрийских богословов святителя Климента и Оригена, в коптском бохейрском переводе и др. Этот тип текста соответствует среднему и александрийскому в классификации Весткота и Хорта. Этот тип текста называется западным не потому, что сложился в западных странах, но потому, что был распространен там уже во II веке, о чем свидетельствуют древние латинские и сирийские переводы, западные отцы, кодекс Безы D и некоторые папирусы.

Местами этот текст весьма существенно отличается от традиционного текста рукописных памятников, особенно в книге Деяний апостольских.

Последние исследования обнаружили следы этих западных чтений в самых древних новозаветных рукописях Египта. Поэтому многие считают родиной этого текста Александрию. Многие полагают, что этот текст был принесен Оригеном из Египта в Кесарию Палестинскую. После взятия Константинополя византийский текст был перенесен образованными греками на Запад и стал основой для Textus Receptus.

Именно этот тип текста Церковь использовала в своем богослужении. В самых разных по времени написания рукописях византийский тип текста довольно устойчив: Серьезная работа по исследованию новозаветных рукописей проводится последние десятилетия в Институте текстологии Нового Завета в Мюнстере Германия.

Именно здесь выходят в свет издания Нового Завета, известные как издания Nestle-Aland см. Притом что уже более ста лет прошло со времени научных изысканий Весткота и Хорта, предубеждение библеистов-текстологов против византийского или церковного текста нисколько не изменилось.

Но преимущество исследователей упомянутого института перед первыми английскими текстологами заключается в том, что за прошедшее столетие были опубликованы папирусы III века и значительное число минускульных рукописей, которые в той или иной мере используются при новых изданиях текста Нового Завета.

В предыдущей главе мы упомянули о том типе текста, который Весткот и Хорт назвали антиохийским или сирийским и который впоследствии получил еще другие наименования: Наиболее употребительным среди текстологов в настоящее время является наименование византийский тип текста. Мы предпочитаем называть его церковным текстом.

Не потому, конечно, что только этот текст оправдывает такое его наименование: Но потому, что он сохранился во множестве рукописей с последовательным новозаветным текстом, имеющих явные признаки их литургического использования, а также во множестве лекционариев, литургическое назначение которых нет нужды доказывать. Этот тип текста можно было бы назвать литургическим. С тех пор как абсолютный авторитет Textus Receptus был поставлен под сомнение, критические издания Нового Завета ориентируются главным образом на унциальные рукописи IV века, которые являются предшественниками византийских рукописей.

Конечно, никто не может отрицать, что папирусы и унциальные рукописи стоят ближе по времени к автографам священных писателей. Но при этом никто не может исключать возможности того, что правы были и те древние мужи, от которых ведут свое начало византийские или церковные рукописи. Несмотря на то что их текст является плодом редакторской правки и критической обработки, направленной на выравнивание стиля, прояснение смысла и гармонизацию отдельных частей повествования — труд, который приписывается обычно пресвитеру и мученику Лукиану, — никто не может отрицать, что этот текст несет в себе древние чтения, которые нельзя упускать из вида при воссоздании первоначальной формы текста.

К подобным древним чтениям можно отнести те места византийского текста, которые очевидно совпадают с чтениями папирусов или унциальных кодексов, а также те, где византийский текст лаконичнее прочих типов текста. Весткот и Хорт назвали Western non-interpolations те места западного текста, в которых при обшей его тенденции к пространности и добавлениям он оказывается лаконичнее других типов текста.

Эти места английские текстологи посчитали более древними и подлинными. То же самое можно применить и к тем чтениям византийского текста, которые не несут в себе признаков стилистической правки или интерполяции. Можно было бы даже по аналогии назвать их Eastern non-interpolations и считать более древними. Совершенно очевидно, что византийский или церковный текст до сих пор не изучался должным образом.

За исключением патриархий-ного издания года не было осуществлено ни одного критического издания. В Чикагском университете США группа исследователей во главе с профессорами Колвелом Colwell и Ридлом Riddle приступили с года к изучению текста византийских лекционариев и опубликовали ряд интересных работ, но этот их труд не нашел своих продолжателей.

Также были напечатаны в разных странах мира отдельные исследования текста Нового Завета в творениях отцов Церкви. Текст этого издания в основном следует византийскому типу. Думается, что изучение византийского текста, особенно текста лекционариев, может быть весьма полезным для современной библейской текстологии.

Потому что литургический текст, на протяжении многих веков непрерывно употреблявшийся в Церкви и бдительно сохранявшийся священноначалием, не претерпел сколько-нибудь серьезных изменений. Но дело всестороннего исследования церковного текста — это задача не одного лишь какого-либо ученого. Оно требует совместной работы и объединения усилий многих людей, особенно в среде православных специалистов, чтобы в будущем стало возможным критическое издание, учитывающее все множество византийских рукописей Подобное издание было бы вдвойне полезным.

С одной стороны, оно станет значительным вкладом в современную библеистику на самом высоком международном уровне. И с другой стороны, такое издание поможет достичь единообразия литургического текста, чтобы греческие издания последовательного текста Нового Завета и богослужебных зачал из Евангелия и Апостола, которые читаются в Церкви, были согласны между собою, что в настоящее время происходит далеко не всегда.

Та благосклонность, с какой весь православный мир встретил издание В. Антониадиса года, должна внушать надежду, что с еще большей благодарностью православный народ примет новое тщательно подготовленное издание текста Нового Завета. В современных условиях, когда повсюду действуют многочисленные исследовательские центры в самых разных отраслях науки и постоянно создаются новые, успеху библеистики в Греции весьма содействовало бы создание соответствующего библейского центра или института, в задачи которого входило бы также исследование и издание текста Нового Завета на уровне современных научных требований с использованием новейших компьютерных технологий.

Die Entstehung der christilchen Bibel. Its Making and Meaning. The Formation of the N. The canon of the N. Its Origin, Development and Significance. Grundriss der Geschichte des Neutestamentlichen Kanons. История собирания 27 книг Нового Завета в единый корпус и осознание его Церковью в качестве Священного Писания представляет чрезвычайный интерес.

В книгах Нового Завета мы часто встречаем фразы: В Ветхом Завете Господь наш Иисус Христос видел пророческое изображение всей Своей земной жизни и служения, смерти и воскресения.

Апостолы впоследствии также подтверждали свою проповедь Ветхим Заветом, повсюду распространяя веру, что в лице Господа Иисуса Христа исполнились ветхозаветные пророчества. Следуя этому принципу, святые отцы и гимнографы Церкви позднее толковали Ветхий Завет через призму веры Христовой.

Говоря, что Священным Писанием первых христиан был Ветхий Завет, мы имеем в виду лишь различные ветхозаветные книги, но не определенный их канон, сформировавшийся уже позднее. Весьма возможно, как показали новейшие исследования, что в первенствующей Церкви наряду с книгами Ветхого Завета были в обращении и некие собрания мессианских ветхозаветных текстов, которые называются теперь Testimonia свидетельства или Florilegia антологии и которыми пользовались христиане.

Подобные сборники были найдены между рукописями ессеев в Кумране возле Мертвого моря. Церковь не стала ограничивать себя так называемым узким каноном из 39 книг Ветхого Завета, утвердившемся в иудаизме после Собора раввинов в Иамнии в конце I века по Рождестве Христовом. Если посмотреть на списки тех книг Ветхого Завета, которые цитируют святые отцы, и на их рассуждения филологического и богословского характера об этих текстах, легко убедиться в том, что даже следов существования проблемы разграничения узкого и пространного канона не видно в древней Церкви.

Проблема эта возникла лишь после Реформации, в XVI веке, в связи с полемикой протестантов и римокатоликов. Каким бы странным ни показалось это утверждение, но в первые годы своего существования и распространения Церковь жила не с Новым Заветом, который еще не был написан, но с книгами Ветхого Завета.

И они соответственно были ее Священным Писанием. Евангелист Лука, описывая первую проповедь Спасителя в субботу в синагоге Назаретской Лк. Он развернул эту книгу книга, естественно, имела форму свитка и прочитал мессианское место: И к великому удивлению всех присутствовавших тотчас прибавил: Подобное толкование, которое впервые облеклось в плоть и кровь с Рождеством Богомладенца в Вифлееме Иудейском — поскольку именно Рождеством Христовым исполнилось соответствующее ветхозаветное пророчество, — в будущем станет господствующим типом толкования в Церкви.

Все книги Нового Завета усеяны такими фразами, как например: Этому же примеру будут следовать потом и апостолы в своих первых проповедях и писаниях. Апостол Павел толкует мессиански даже те места, которые на первый взгляд не относятся к Мессии. Даже при беглом просмотре последних критических изданий текста Нового Завета 26 , в конце которых есть таблица ветхозаветных цитат в книгах новозаветных и в которых эти ветхозаветные цитаты напечатаны курсивом, разряженным или жирным шрифтом в любом случае отличным от остального текста , можно удостовериться, что Новый Завет объясняет Ветхий, но сам непонятен без него, так же как и Ветхий Завет предвозвещает Новый, но без него не может быть правильно понят.

Оба Завета даны одним Богом. Выразительно говорит об этом святитель Иоанн Златоуст: И в другом месте тот же отец замечает: Очевидно, что святитель Иоанн Златоуст выступает здесь против еретиков, которые отрицали тождество Бога в Ветхом и Новом Завете и считали, что Бог Ветхого Завета — это какой-то другой, не Тот, в Которого верят христиане. Подобная этой жизненная позиция знакома нам и по нашему обществу…. Было бы, конечно, преувеличением сказать, что если убрать из Нового Завета все ветхозаветные места, останется не более чем образ Иисуса, Который проповедует обычное нравственное учение и совершает чудеса.

Справедливо лишь то, что и Ветхий и Новый Завет находятся между собою в теснейшей связи, и отображают историю одного народа, который если и имеет какую-либо особенность, то состоит она в его вселенском посланничестве и ответственности перед другими народами донести до них всемирную весть о спасении.

Эти посланничество и ответственность имел прежде древний Израиль, а впоследствии восприняла христианская Церковь. Вне этой исторически обусловленной общности, ветхого и нового Израиля, трудно понять и еще труднее истолковать Ветхий Завет.

Понятие исключительности одного народа чуждо библейскому видению, библейскому упованию. Обязанность как ветхого, так и нового Израиля состоит в том, чтобы открыть надежду на спасение всему миру. Те церковные круги, которые в наши дни имеют склонность — как правило с самым благочестивым настроем — лишить других, даже из членов своей Церкви, надежды на спасение или, еще хуже, предвидят их вечные муки, тем самым показывают свое непонимание и неспособность пережить всеобъемлющую любовь Божию.

Следует признать, что сейчас многие пребывают в глубоком неведении относительно того, в чем заключается богооткровенный и библейский характер той части Священного Писания, которая называется Ветхий Завет. Эта книга, а точнее, эти книги представляют собою одну непрерывную историю божественного водительства, поэтапно развивающихся спасительных событий, человеческого устремления к грядущему царству Мессии.

Все, что находится вокруг этой истории божественного домостроительства, которая венчается историческим фактом воплощения Сына Божия, может быть связано 1 либо с культурными явлениями той эпохи, которые отличаются от привычной нам культуры и, естественно, вызывают неприятие в этом случае требуется лишь соответствующее объяснение тех явлений и восприятие их в связи с понятиями современной им эпохи ; 2 либо с обычаями тех народов и конкретными фактами всемирной истории, среди которой — и никак не вне времени и места — развивается история божественного домостроительства; 3 либо, наконец, с разными другими явлениями той эпохи, что встречается и в книгах Нового Завета отношение к женским прическам, покрывалу на голове, что связано с общественными нормами того времени.

Божественное Откровение есть одно непрерывное действие благодати и Промысла Божия в рамках человеческой истории, а книги Священного Писания описывают и поясняют эту связь между Богом и тварным миром. В беседе с иудеями о Священном Писании Христос сказал: Насколько неразумно с точки зрения Церкви Христовой при чтении Ветхого Завета не увидеть Христа и не прийти к Нему, в Котором завершаются закон и пророки, настолько неразумно при чтении Нового Завета не прийти ко Христу и не обрести эту жизнь в свободе и любви, но каждый раз спотыкаться о букву новозаветных текстов, гоняться за тенью, будучи уязвленным этим буквоедством или другим каким-либо видом фундаментализма.

Христианство обычно называют религией книги как, впрочем, и иудаизм и ислам. Но эта книга, Священное Писание, не была дана людям сразу и не упала с неба, но была написана богодухновенными людьми. И притом людьми, которые говорили на разных языках, получили различное образование, жили среди различных исторических и общественных условий, писали притом по разным поводам и были побуждаемы различными обстоятельствами, но все они проповедовали одну и ту же спасительную истину.

Основой для всех священных писателей служит история, потому что они заботятся о конкретных проблемах людей в рамках этой истории и описывают спасительные действия божественной благодати также в рамках этой истории исход из Египта, послание пророков, обетование о Мессии, эсхатологические события. Другими словами, христианское Откровение, будь то в Ветхом Завете как прообраз, будь то в Новом Завете как уже свершившаяся реальность, имеет один и тот же совершенно ясный исторический характер.

Незнание или намеренное устранение этой исторической основы в первые века христианства породило гностицизм, а в наши дни ведет к идеологизации веры и нагнетает нездоровые страхи вокруг спасительной истины.

Ветхий Завет, который вместе с Новым стал Священным Писанием Церкви Христовой, с самых разных сторон и многократно был истолкован отцами Церкви в их многочисленных творениях и стал глубочайшим источником вдохновения для авторов церковных песнопений и житий святых. Ветхозаветные псалмы с самого начала вошли в литургическую жизнь Церкви, и многие церковные песнопения были созданы по мотивам важнейших событий Ветхого Завета.

Иконописцы запечатлели сцены и лица Ветхого Завета на стенах храмов рядом с новозаветными сюжетами, чтобы верующие могли видеть их во время богослужения, особенно те, кто не умел читать, и чтобы, таким образом, эти изображения служили украшением и назиданием для них. Церковный календарь наконец обогатился днями памяти святых и событий Ветхого Завета.

Кроме сказанного уже следует заметить, что Ветхий Завет, будучи переведен с еврейского оригинала на греческий, вобрал в себя языковые и мировоззренческие особенности греческой культуры и затем уже в этом греческом своем виде вошел в жизнь Церкви. В монастырях и библиотеках хранится множество рукописей Ветхого Завета, которые своим содержанием и высокохудожественными миниатюрами представляют огромную культурную ценность. Для того чтобы понять всю степень влияния греческой культуры, которая проявилась в переводе Ветхого Завета на греческий язык, достаточно привести один пример.

Это именование будет изображено на византийских иконах в нимбе Христовом: После этого можно понять, почему Церковь приняла Ветхий Завет как свою книгу и включила его в свое Священное Писание. Конечно, не из-за тех войн, которые там описаны в рамках всеобщей человеческой истории, и не ради описания тех культурных и бытовых особенностей ветхозаветных народов, которые кажутся нам сегодня столь чуждыми.

И не потому также, что своим законодательством он вносит более гуманные правила во взаимные отношения человека с человеком и с обществом.

И конечно, не потому, что содержит рекомендации экологического характера, полезные для нашего времени, как, например, не рубить плодовые деревья во время осады города Втор. Но потому, что заключает в себе историю божественного домостроительства, прообразы спасения, изображает Бога всегда близким к человеку и ко всему миру, дает обетование о Царстве Небесном — одним словом, предызображает и предвозвещает Иисуса Христа.

Стоит упомянуть здесь об одном святоотеческом толковании, согласно которому Божественный Логос прежде Своего воплощения в человеческой истории являл Себя людям духовно в богоявлениях Ветхого Завета, которые были явлениями триединого Бога, образуя собою центр всего Ветхого и Нового Завета. Проповедь Спасителя, которая облеклась в письменную форму четырех Евангелий и в то же время передавалась изустно как Предание, в сознании верующих имела высочайший авторитет.

Апостол Павел в своих посланиях часто подтверждает истину сказанного им ссылками на учение Господа: И апостольские мужи в дальнейшем в качестве авторитетного источника используют кроме Писания, то есть Ветхого Завета, слова Самого Господа. Из этого следует, что вначале живое Предание Церкви играло первенствующую роль в распространении христианской истины. Папий, епископ Иераполя Фригийского, в начале II века, притом что ему были известны письменные Евангелия, о которых он сообщает нам важные сведения о чем пойдет речь в следующей части , замечает: Книги, вошедшие в состав Нового Завета, несут в себе часть того Предания, которое передавалось из уст в уста.

Но эти книги не тотчас после своего написания были восприняты как Писание. Второе послание Климента 2,4, где цитируется Мф. После всего что было сказано о ссылках апостольских мужей на устное предание, на Самого Господа, возникает вопрос: Первое ясное упоминание о подобном сборнике относится к году по Рождестве Христовом и принадлежит еретику Маркиону, жившему в Риме.

Этот Маркион, сын епископа в Синопе Понтийском, прибыл в Рим и основал там свою собственную церковь. Находясь под влиянием гностических учений, он учил, что правосудный и суровый Бог Ветхого Завета отличен от того Бога любви, Которого открыл Христос, и гораздо ниже Его. Таким образом, Маркион отверг Ветхий Завет. Поскольку он утверждал также, что двенадцать апостолов исказили учение Христово, то признавал как единственного проповедника чистого учения апостола Павла.

Таким образом, канон Маркиона состоял из одного Евангелия, именно от Луки, который был сотрудником и спутником апостола Павла и, следовательно, содержал Павлово учение, и десяти посланий апостола Павла в следующем порядке: Из Евангелия от Луки Маркион вырезал все, что не было согласно с его учением. Но вновь встает вопрос: Многие исследователи отвечают на этот вопрос положительно, полагая, что отрицательный пример укороченного Маркионова сборника подвиг Церковь заняться определением канона книг Нового Завета.

Впрочем, имеются определенные указания на то, что и до Маркиона уже существовали сборники посланий апостола Павла. Во Втором Соборном послании апостола Петра — чтобы начать со свидетельства самих новозаветных текстов — упоминание об апостоле Павле 31 предполагает, возможно, что христиане — адресаты Второго послания Петра — уже были знакомы с Павловыми посланиями в виде некоего сборника.

Далее, святитель Игнатий Антиохийский в начале II века часто приводит цитаты из посланий апостола Павла.

Это указывает на то, что он пользовался сборником из нескольких посланий апостола Павла см. Также и святитель Поликарп Смирнский в своем Послании филиппийцам обнаруживает знакомство с посланиями апостола Павла, но при этом из его слов видно, что и адресатам его они хорошо известны см.

Святой Иустин Философ нигде прямо не упоминает апостола Павла, но при этом из его речи видно, что ему известен текст посланий к римлянам, Первого коринфянам, галатам, ефесянам, колоссянам, Второго фессалоникийцам, Второго Тимофею и евреям.

На основании перечисленных выше признаков многие исследователи полагают, что появление так называемого Corpus Paulinum, или сборника посланий святого апостола Павла, можно отнести к концу I или началу II века. В качестве места появления сборника называется Коринф или Ефес. Те, кто склоняются к Ефесу, считают первым составителем сборника епископа Ефесского Тимофея, или, согласно другим, епископа Онисима.

Поводом к составлению сборника могла стать книга Деяний апостольских, получившая тогда широкое обращение среди христиан. Кроме того, сторонники этой версии объясняют таким образом появление в х годах по Рождестве Христовом в среде христианской письменности множества посланий, создавших целый литературный жанр — например, посланий во 2-й и 3-й главах Апокалипсиса, Первого и Второго посланий Климента, Послания Игнатия Богоносца и т. Те, кто называет местом первого появления сборника Коринф, обращают внимание на тот факт, что наиболее древний каталог новозаветных книг, канон Муратори см.

Это, конечно, только предположения, которые тем не менее разделяются очень многими учеными. Можно ли сказать нечто подобное о четырех Евангелиях? Как уже замечено, в творениях мужей апостольских лишь изредка изречения Спасителя упоминаются как Писание. Для этого евангельского синтеза Татиан использовал совершенно очевидно текст четырех Евангелий. Таким образом, во второй половине II века мы можем говорить уже о существовании сборника из четырех Евангелий. Еще более ясные свидетельства этому мы увидим далее в сообщениях святителя Иринея Лионского и других церковных писателей конца II века.

Далее приведены сведения, необходимые для ответа на данный вопрос. Время между серединой и концом II века стало наиболее значимым для истории новозаветного канона. Фраза одного из борцов с монтанистской ересью, возможно святителя Поликрата Ефесского: Впрочем, он нигде еще не употребляет этот последний термин, который окончательно утвердится с начала III века.

В качестве Писания он цитирует также Пастырь Ермы. Примерно в это же время святитель Климент Александрийский цитирует как Писание четыре Евангелия, которые он вполне отличает от апокрифов. Кроме четырех Евангелий святитель Климент использовал также евангелия евреев и египтян, впрочем, не ставя их на один уровень с каноническими. Большое значение для определения состояния новозаветного канона в конце II века имеет отрывок древней рукописи, найденной в году монахом Муратори в Амвросианской библиотеке в Милане, который получил название канон Муратори.

Этот текст датируется примерно годом по Рождестве Христовом, был написан, по всей видимости, в Римской Церкви и заключает в себе не просто точку зрения отдельного автора, но воззрение Церкви. Невразумительный латинский текст наводит на мысль, что он является плохим переводом с греческого оригинала.

Канон Муратори перечисляет следующие книги Нового Завета: Отсутствует Послание евреям, которое до конца IV века не упоминается на Запале среди канонических книг. Вызывает недоумение отсутствие Первого послания Петра, которое признавали каноническим святитель Ириней Лионский, Тертуллиан, святители Климент Александрийский и Ипполит. Католический ученый Викенхаузер Wikenhauser объясняет это опущение невнимательностью переписчика древнего памятника.

Совершенно неожиданно среди книг Нового Завета упоминается книга Премудрости Соломона, написание которой канон приписывает друзьям Соломона или, согласно восстановленному греческому тексту Мураториева канона, Филону Александрийскому.

Сторонники этой последней версии утверждают, что канон был переведен с греческого оригинала. Кроме того, в тексте упоминаются другие два послания, приписываемые апостолу Павлу, о которых прямо говорится, что они не подлинные и происходят из среды сторонников Маркиона.

Подводя итоги, можно сказать, что к концу II века признаны каноническими большинство из 27 новозаветных книг: Второе послание Петра упоминается святителем Ипполитом и послание Иуды у Тертуллиана и в каноне Муратори. Долгое время Запад колебался в вопросе признания каноничности Соборного послания Иакова и Послания евреям.

Даже в XVI веке Лютер в своем переводе отнесет послания евреям, Иакова и Иуды в конец Нового Завета, вместе с Апокалипсисом, чтобы таким образом уменьшить их значимость. В итоге, единственная часть новозаветного канона, которая окончательно определилась к концу II века, это четыре Евангелия.

Как правило, Евангелия расположены в порядке: Матфей, Марк, Лука, Иоанн, — последовательность, которая, по всей видимости, представлена в каноне Муратори и распространилась благодаря епископу Евсевию Кесарийскому и блаженному Иерониму.

Но встречается и последовательность Матфей, Иоанн, Лука, Марк рукописи D, W, X, в других минускулах, в Готфском переводе и в некоторых древних рукописях Пешитты , а также другие варианты в отдельных рукописях, где на первом месте стоит Евангелие от Иоанна или Марка. Кроме разногласий относительно некоторых Соборных посланий, о чем говорилось прежде, в отдельных случаях между книгами Нового Завета упоминаются или читаются в некоторых Поместных Церквах Апокалипсис Петра, Евангелие Петра, Пастырь Ермы, послания Варнавы и Дидахэ.

Bill веке уже ни у кого не вызывает сомнений каноничность четырех Евангелий, Деяний святых апостолов, 13 посланий апостола Павла и больших Соборных посланий, то есть всех тех книг, за которыми уже с конца II века закрепился авторитет Священного Писания.

Разногласия среди Поместных Церквей примечаются только в отношении малых Соборных посланий 2 Петр. О состоянии новозаветного канона в начале III века мы узнаем из сочинений Оригена, свидетельство которого чрезвычайно важно, поскольку этот великий церковный писатель путешествовал по многим странам Греция, Малая Азия, Рим, Египет, Палестина и был знаком с воззрениями разных Церквей на каноничность новозаветных книг. Так, согласно Оригену, решающим признаком при определении каноничности какой-либо книги является не столько даже апостольское ее происхождение, сколько согласие consensus всей Церкви, поскольку Церковь, водимая Духом Святым, всегда может отличить книгу богодухновенную от небогодухновенной.

К первым относятся четыре Евангелия, 13 Павловых посланий, Послание евреям Ориген отмечает сомнения некоторых Церквей относительно только принадлежности его апостолу Павлу , Деяния, Соборные послания Первое Петра и Первое Иоанна и Апокалипсис. Ко вторым, которые Ориген называет сомнительными, поскольку не все Церкви были согласны с их каноничностью, он причисляет Соборные послания Второе Петра, Второе и Третье Иоанна, послания Иакова и Иуды.

С большим уважением он относится к Пастырю Ермы, Первому посланию Климента, деяниям апостола Павла, посланию Варнавы и Дидахэ, но не сравнивает их ни в коем случае с богодухновенными и каноническими книгами. В середине III века ученик Оригена Дионисий, глава Александрийского огласительного училища и впоследствии епископ Александрии, вступил в полемику с хилиастом Непотом, епископом Арсинои, который использовал в своем учении Апокалипсис.

На основании многих доводов филологического характера Дионисий утверждал, что своим написанием Апокалипсис обязан не апостолу Иоанну Богослову, с Евангелием и посланиями которого он не имеет ничего общего, но какому-то другому богодухновенному писателю Церкви, которого также звали Иоанном. Эти рассуждения Дионисия вовсе не привели его к отвержению каноничности Апокалипсиса. Но другие ученики Оригена, а также представители антиохийской богословской школы, основанной Лукианом, не принимали Апокалипсис в число канонических книг Нового Завета.

В целом Восток очень настороженно относился к этой книге. Введение в Новый Завет. Издательство Православного Свято-Тихоновского университета. Этот товар временно недоступен для заказа. Вы получите уведомление о поступлении товара в продажу на указанные Вами контакты.

Курьерская доставка - от руб. Самовывоз из пунктов выдачи заказов Boxberry по всей России - от руб. Бесплатная доставка при заказе от руб. Наличные Наложенный платеж Банковская карта Банковский перевод.

Подробнее об оплате и доставке. Описание Книга является классическим учебником по Новому Завету, уникальным образом сочетающим в себе самые современные достижения западной библеистики и глубокое знание православного восточного Предания. Отзывы 0 Оставьте отзыв об этом товаре первым!